В статье исследована организация российской социальной реальности в виде особой институциональной среды, которая по целому ряду принципов своего устроения весьма отличается от той, что свойственна современному гражданскому обществу. Показано, что сосуществование разнонаправленных тенденций − социетальной дезинтеграции макросреды наряду с социальной интеграцией микросред - приводит к фрагментации политического порядка. Конкурентный способ взаимодействия между формальными и неформальными институтами обусловлен патримониальным господством-подчинением, которое, не будучи легальным, остается легитимным ввиду высокой практической значимости личных связей в качестве наиболее приемлемых средств не только для защиты гражданских прав, но и для устранения конфликтов с властями. Разрыв между формальными правилами и реальными практиками с учетом этих правил проявит устойчивость в собственном воспроизводстве до тех пор, пока россияне не выработают и более или менее успешно не реализуют стратегии гражданского действия, направленного на трансформацию институциональной среды. Переход от гражданского участия к гражданскому действию имманентно связан с ее трансформацией.
The article examines how Russian social reality is organized as the institutional structure constituted on specific principles that for the most part are distinct from those of civil society. Contradictions between tendencies of social integration and societal disintegration result into the fragmentation of political order. The competing pattern of formal-informal interaction emerges from patrimonial dominance-submission. While the latter is illegal it remains to be legitimate because in usual practices personal relations are of great importance: they are accepted in most cases not only in protecting civil rights, but also in resolving of conflicts with authorities. The discrepancy between the formal rules and practices which ought to be regulated by these rules will be constantly reproduced until the Russians elaborate and realize more or less successfully the strategies of civic activity aimed at the transformation of institutional structure. The reorientation from civic participation to civic activity is essential for this transformation.
The authors declare that there are no conflicts of interest present.