Объектом изучения выступают 14 относительно целостных политических систем Центральной и Юго-Восточной Европы. Социально-политические процессы в этих политиях протекают с разной интенсивностью, обусловливая тот или иной образ институционального дизайна. Одной из главных проблем посткоммунистической Европы до сей поры остается вопрос о взаимодействии и эффективности разных институтов власти, прежде всего президента, парламента и правительства. Можно выделить как минимум три важнейшие критические точки институционального развития данных политий в ХХ в.: конституционный процесс 1910-1920-х годов, становление «народных демократий» и посткоммунистическая трансформация. В силу разных причин превалирует институциональный импорт «из прошлого». С позиции теории рационального выбора основными конкурентами в критических точках развития были: республика и монархия, президенциализм и парламентаризм, диктатура и демократия. Анализ процессов трансформации конституционного законодательства в странах Центральной и Юго-Восточной Европы позволяет выявить две модели: реконструкция и демонтаж. В статье приведены результаты сравнительного анализа объемов президентской власти с помощью индексов по методике А. Кроувела. Институциональный выбор в посткоммунистической Европе ограничен не только конъюнктурой транзита, но и невозможностью выхода за пределы республиканизма, теории парламентского и полупрезидентского правления. Это объясняется не столько рациональностью выбора, сколько отсечением альтернатив, повышающих трансакционные издержки политических акторов. Институциональные интересы акторов в условиях посткоммунизма оказались напрямую связанными с желанием добиться, сохранить или упрочить свое привилегированное положение. Отсюда широкие практики манипулирования институтами. Манипулятивные возможности, предоставляемые институциональным дизайном посткоммунистических стран Европы, обратно пропорциональны укорененности важнейших институтов политической демократии.
The objects of study are 14 relatively holistic political systems located today in Central and Southeastern Europe. Socio-political processes in these polities occur with varying intensity, causing one or another image of their institutional design. One of the main problems of post-communist Europe to this day remains the question of the interaction and effectiveness of various institutions of power, first of all, the president, the parliament and the government. There are at least three major critical points of the institutional development of the polities under study in the twentieth century: the constitutional process of the 1910 s - 1920 s, the formation of «people's democracy» of the 1940 s. and the post-communist transformation of the late 1980 s - early 1990 s. Institutional import «from the past» for various reasons prevails. From the standpoint of the theory of rational choice at the critical points of institutional development, the main competitors were the republic and the monarchy, presidential and parliamentary systems, dictatorship and democracy. Analysis of the transformation processes of constitutional legislation in the countries of Central and Southeastern Europe makes it possible to identify two models: reconstruction and dismantling. The article presents the results of comparing the volume of presidential power using indexes according to the Krouwel-method. Institutional choice in post-communist Europe is limited not only by the transit situation, but also by the impossibility of going beyond the limits of republicanism, the theory of parliamentary and semi-presidential rule. This is explained not so much by the rationality of choice, as by cutting off alternatives that increase the transaction costs of political actors. The institutional interests of actors in the context of post-communism turned out to be directly related to the desire to achieve, maintain or strengthen their privileged position. Hence, the wide practice of manipulating institutions. The manipulative possibilities offered by the institutional design of post-communist countries in Europe are inversely proportional to the rootedness of the most important institutions of political democracy.
The authors declare that there are no conflicts of interest present.